Далекое и близкое...

Продолжение книги.

Содержание

Повести о людях с Большой буквы

«ВЫШЕ СМЕРТИ»

 


 

Четвертого октября 1957 года на всех языках мира появилось новое слово — «спутник». 12 апреля 1961 года на всем земном шаре прозвучало имя Гагарина а затем и имена Титова, Николаева, По­повича, потом других. Четыре года один миг в потоке истории человечества Миг, за который человек шагнул от Земли в космос. Но для того чтобы сего­дня человек пронесся над Землей на высоте в несколько сот километров, кто-то должен был подняться на первый метр. Для того чтобы в паши дни тысячи людей еже­дневно за 55 минут могли из Ленинграда перенестись в Москву, кто-то должен был этот путь проложить первым.

Было это в июле 1911 года. В эти дни всех занимал вопрос: «Можно ли перелететь пз Петербурга в Москву?» Этот же во­прос мучил и опытного русского покорителя воздуха А. А. Ва­сильева, уже летавшего над горами Закавказья. В то время та­кой вопрос можно было разрешить только практически с боль­шим риском для жизни летчиков.

В перелете Петербург — Москва участвовали восемь авиато­ров, в большинстве молодые люди. Летчику-студенту Агафо­нову было 19 лет, другому студенту Слюсаренко — 22 года. Даже «короли воздуха» были еще молоды: знаменитому Уточ­кину было 38, а Васильеву — 27 лет.

В наших руках книга самого Васильева «В борьбе с воз­душной стихией», изданная в 1912 году. «Наша родина вправе гордиться смелыми, неустрашимыми авиаторами,— пишет лет­чик,— русской авиации принадлежит блестящее будущее. Не­обходим только опыт, нужна практика для того, чтобы наши природные качества, усиленные знанием и опытностью, созда­ли могущественный воздушный флот».

Васильев был прав. Именно в покорении воздушной стихии Россия заняла выдающееся место уже в ранний период истории авиации. Энтузиастов-авиаторов среди русской молодежи на­шлось множество. После всероссийского праздника воздухопла­вания 1910 года приток смельчаков в авиацию увеличился. Некоторые водители «полотняных птиц», называемых в просторечии «этажерками» (бипланы Фармана, Вуазена и др.), не вылетали еще за пределы аэродрома и тем. не ме­нее записались на сложнейший перелет между двумя столи­цами.

К трассе перелета А. А. Васильев относился скептически. Она была слабо оборудована и трудна. «При современном со­стоянии авиационной техники,— писал он,— нечего и мечтать, чтобы этот наитруднейший путь сделался торной дорогой рос­сийских летунов. Когда же авиация достигнет той высоты, на которой ей уже не страшны будут Валдайские возвышенности, болота и сплошные леса...» — тогда только, но мнению Василье­ва, можно будет беспрепятственно летать из Петербурга в Москву.

23 июля выстрелом из пушки был дан старт к перелету. Первым отделился от земли С. И. Уточкин на моноплане Блерио. «Еду пить чай в Москву!» — крикнул он на прощанье.

Один за другим в утренней туманной петербургской дымке скрылись другие участники перелета.

Уточкину далеко улететь не удалось. У него перестал ра­ботать мотор. Аппарат упал в канаву, по без больших повреж­дений. Случилось это около Новгорода. Характерную фигуру Уточкина на шоссе, возле сломанного аппарата заметил летев­ший за ним Васильев.

[1]23
Оглавление

Сборник рассказов

о мужестве и борьбе

Аннотация

Они сражались за будущее человечества. Они мечтали о лучшей жизни и счастье для всех людей. В борьбе с врагом они были непоколебимы.

Партнеры сайта